Боливия

Удивительно мало туристов, путешествующих по Южной Америке, заезжает в Боливию. Мы тоже попали туда случайно, решив, что раз уж доехали до Пуны, то надо посмотреть и соседнюю Боливию. Боливийской визы у нас заранее не было, но эта проблема, как оказалась, легко разрешима. В Пуне я поинтересовался у хозяина гостиницы, есть ли возможность быстро получить визу в местном боливийском консульстве. Хитро улыбнувшись, тот сказал, что боливийский консул его закадычный друг и за небольшую плату он с радостью сведет меня с ним. Когда я шутки ради предложил увеличить сумму его вознаграждения, если консул придет прямо в гостиницу (а был уже поздний вечер), он, к моему удивлению, тут же согласился. Через полтора часа боливийский консул с термосом бодрящего напитка из коки ждал нас в холле отеля, и мы отправились в консульство, расположенное неподалеку.

...Cесть за руль на горной трассе, из тех что местные называют «дорогами смерти», не решились. Поэтому ехали в полуразвалившемся автобусе и, к сожалению, сидели сразу за водителем. Это была, наверное, самая жуткая дорога в моей жизни: серпантин-одноколейка, по которой все мчатся на большой скорости, поскольку в Боливии «настоящие мужчины», которым доверено вождение общественного транспорта, не уступают дорогу друг другу и не тормозят «по пустякам». Падения машин в пропасть, судя по количеству старых и новых крестов вдоль дороги, явление здесь обычное. С моего места было хорошо видно, как автобус шарахался от отвесной скалы к поросшему непроходимыми джунглями обрыву всякий раз, когда водитель замечал летящую навстречу машину. В такие минуты было не до восторгов от вида живописных ущелий и озер, хотелось побыстрее добраться до пункта назначения.

Какой же шок мы испытали, когда на одной из остановок в кабину водителя подсел его приятель, и они стали оживлено болтать, совершенно  не думая о дороге. Когда же навстречу выезжали машины, наш водитель резко тормозил, чертыхался и потом снова продолжал путь. Через какое-то время разговор у них поугас, наверное, закончились животрепещущие темы, и шофер занялся кормлением собак на обочине. Для этого он, не сбавляя скорости, подъезжал к самому краю дороги, кидал собаке полбуханки хлеба, а потом еще оглядывался, проверяя, поймала ли она его подарок. В конце концов, я потерял терпение и начал на всех известных мне языках и наречьях объяснять, что лучше бы он смотрел на дорогу. Водитель явно обиделся и заявил, что я бессердечный человек (это мне перевела находящаяся в автобусе туристка, потому что из всего сказанного им в мой адрес я смог разобрать лишь только «гринго», что было не менее несправедливо, чем обвинения водителя). Я долго не мог понять, в чем же моя бессердечность. Позже нам объяснили, что собаки олицетворяют для водителей духов погибших на дороге, и их задабривают, чтобы доехать без приключений до пункта назначения. Не мудрено, подумал я, услышав объяснение, что вдоль дороги столько крестов. Когда нам впоследствии рассказали, что это одна из самых опасных дорог в мире, нас это несильно удивило.

...В Ла-Пасе мы познакомились с австрийцем, державшим лучший в городе ресторан Vienne. Хозяин ресторана угостил нас прекрасным местным вином, о существовании которого мы раньше даже не подозревали. Его производят в провинции Тариха на границе с Аргентиной, и оно ничуть не хуже аргентинского. Послушав, как мы нахваливаем вино, он тут же предложил нам переезжать в Тариху, сказав, что там прекрасный климат и за бесценок сейчас там продаются прекрасные виноградники при условии, что владелец будет жить в стране.

...Увы, я не верю в «светлое будущее» экономики Боливии и в ближайшее время не вложил бы в страну ни гроша. Географическое положение страны в центре континента и богатые запасы природного газа создают потенциал для того, чтоб зарабатывать на природных ресурсах и транзите грузов между большими рынками соседних стран. Но я не увидел у боливийцев (ни у потомков европейцев, ни у индейцев) веры в будущее их страны.